В газете «Шадринские епархиальные ведомости» № 9 (63) помещены статья о событиях из жизни Далматовской обители, ответы духовника епархии, наместника Далматовского монастыря игумена Варнавы (Аверьянова) на вопросы читателей, и статья инока Евфросина (Буняшина)

В очередном номере газеты «Шадринские епархиальные ведомости» за сентябрь 2026 г. на стр. 2 в разделе «новости епархии» помещена заметка о событиях из жизни Далматовской обители, озаглавленная «Современное православное паломничество».

На стр. 4 помещены материалы о деятельности Курганского регионального отделения ИППО. В частности, здесь рассказано о визите в Далматовский монастырь делегации Ростовского регионального отделения ИППО, члены которого во главе с его председателем Людмилой Александровной Лимаренко молились в Скорбященском храме обители во время архиерейского служения Божественной литургии в праздник Успения Божией Матери.

На стр. 5 в разделе «традиции и связь времен» помещена статья насельника Далматовской обители инока Евфросина (Буняшина) под заглавием «Чистота как добродетель: как библейские идеи повлияли на бытовые правила русского народа».

На стр. 7 в разделе «письма читателей» под заглавием «Вопрос священнику» помещены ответы духовника Шадринской епархии, наместника Успенского Далматовского мужского монастыря игумена Варнавы (Аверьянова) на вопросы читателей газеты:

Здравствуйте, отец Варнава! Разъясните, пожалуйста, такой текст в Библии.

В 1 Книге Царств (17:50) сказано: «Так одолел Давид Филистимлянина пращею и камнем, и поразил Филистимлянина и убил его». Детали этой истории хорошо известны: «И взял Давид посох свой в руку свою, и выбрал себе пять гладких камней… и поразил Филистимлянина в лоб, так что камень вонзился в лоб его, и он упал лицем на землю» (1 Цар. 17:40, 49).

Однако в другой части Библии, во 2 Книге Царств (21:19), мы находим нечто удивительное: «Было еще сражение в Гобе; тогда убил Елханан, сын Ягаре-Оргима Вифлеемского, Голиафа Гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей».

Как понимать эти противоречивые отрывки? Кто же на самом деле убил Голиафа? Давид или этот малоизвестный воин Елханан?

​С уважением, Димитрий.

Здравствуйте, уважаемый Димитрий!

Библейский сюжет об убиении Голиафа Давидом общеизвестен, как вы и сами об этом пишите. Вся семнадцатая глава 1 Книги Царств собственно и посвящена изложению деталей этого события. Поэтому сомнения в «авторстве» победы над Голиафом именно Давида едва ли уместны.

Что же касается недоумения относительно упоминания во 2 Книге Царств убийства Голиафа неким Елхананом, то здесь толкователи предлагают несколько вариантов разъяснений.

Во-первых, возможна ошибка переписчика – оговорка или неправильная передача имени, в результате чего оказалось написано «убил … Голиафа» вместо «Лахмия, брата Голиафова». На это указывает соответствующее место из 1 Книги Паралипоменон: «И опять была война с Филистимлянами. Тогда Елханам, сын Иаира, поразил Лахмия, брата Голиафова, Гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей» (1 Пар. 20:5). Кстати, в Синодальном переводе здесь еще одна неточность: вместо имени Елханан написано Елханам. На эту неточность указывает правильное написание имени в переводах на другие языки, например, церковно-славянский, английский, румынский.

Во-вторых, имя Голиаф мог носить другой великан, а не тот, которого убил Давид. Аналогичным образом, это имя могло стать нарицательным для великанов-фелистимлян «из потомков Рефаимов».

В-третьих, есть еще толкование, хотя оно в конечном итоге не получило общего признания, что Елханан – это второе имя самого Давида (подобно тому как Соломон, например, носил второе имя Иедидиа (2 Цар. 12:25)).

Похвально, конечно, что вы пытаетесь разгадать непонятные места Священного Писания, но следует всё же стараться основные усилия направлять на уяснение существенно важных для нашего спасения смыслов богодухновенных книг.

По толкованию святых отцов, победа Давида над Голиафом – не есть просто историческое событие жизни еврейского народа. Давид здесь является прообразом Самого Христа, победившего диавола. Не случайно ведь Иисус Христос именуется в Евангелии сначала «Сыном Давидовым» и лишь потом «Сыном Авраамовым» (Мф. 1:1). Давид выходит на брань с закованным в броню великаном Голиафом без воинских доспехов и оружия, только с одной пращёй, показывая, что «не в силе Бог, а в правде», то есть, что победа Церкви и верующих над диаволом совершается не мощью внешнего принуждения, а силой божественной истины (2 Кор. 10:4). Пять камней для пращи, взятых Давидом из ручья, символизируют пять ран во время крестных страданий Спасителя на кресте, ручей (чистая вода) – образ Слова Божия, которое «острее всякого меча обоюдоострого» (Евр. 4:12) и опять-таки напоминает о воде и крови, истекших из ран Иисуса Христа на кресте. Давид поражает Голиафа в главу камнем, пущенным из пращи, а, как известно, по обетованию Божию, данному Еве, «семя жены» (Христос) будет поражать змия (диавола) в главу (Быт. 3:15). Также и «камень», как мы помним, есть Сам Христос (1 Кор. 10:4). Таким образом, победа Давида над Голиафом имеет исключительное значение для каждого верующего.

Здравствуйте, батюшка! Мы все зажигаем во время молитвы свечи в храме, и при домашней молитве тоже. Но никто точно не может пояснить значение свечи в православии. Мы настолько привыкли к этому действию, как к чему-то обыденному, что не вдаемся в его сакральное значение. Скажите, пожалуйста, каково значение свечи?

Ирина Стрельцова.

Приветствую вас, уважаемая Ирина!

Церковный воск, вместе с елеем, как вещества, используемые в церкви при богослужении, упоминаются уже в Правилах святых апостолов (правила 71 и 72). Безусловно, церковная свеча предназначается не для одного только освещения, но имеет назначение выражать наши разнообразные душевные состояния. Церковная свеча – это и жертва на храм, и символ, сопровождающий молитву. Не следует, конечно, преувеличивать значение свечи. Правильно сказано, что свеча является лишь малой жертвой Богу и лишь сопровождает молитву, а не молится за человека.

Символика зажжённой церковной свечи в православии будет нам понятна, если внимательно вдуматься в слова молитв на освящение свеч, совершаемое в праздник Сретения Господня. Это особые молитвы, читаемые именно в этот праздничный день, хотя церковные свечи могут быть освящены и в любой день года.

В этих молитвах, прежде всего, проводится аналогия между разгоняющим ночную темноту видимым, чувственным огнём и избавляющим от слепоты греховной невещественным огнём Духа Святого. Также сравнивается воспламеняемое обычным огнём неодушевлённое вещество и разжигаемое любовью к Богу разумное естество человеческое.

Событие праздника Сретения позволяет увидеть в церковной свече ещё один немаловажный духовный аспект. Священное Писание свидетельствует, что «Бог наш есть огнь поядающий» (Евр. 12:29). Однако ради спасения падшего человека Богочеловек Иисус Христос как бы прикрывает это своё огнеобразное, неприступное божественное естество осязаемым, немощным естеством человеческим. Поэтому и праведный старец Симеон в Иерусалимском храме принимает на свои объятия Богомладенца Христа как некую таинственную возженную свечу, раскрывающую под образом соединения воска и огня тайну неслиянного и нераздельного соединения во Христе двух естеств – Божества и человечества.

Для дополнения ответа на ваш вопрос о смысле горящей свечи приведём ещё слова выдающегося богослова ХХ века святителя Николая Сербского (Велимировича): «Во-первых, наша вера – свет. «Аз есмь свет миру», – говорит Спаситель. Свеча и лампада напоминают нам о том свете, которым Христос просвещает нашу душу. Во-вторых, это свидетельство о яркости души того, перед чьей святою иконою горит свеча. Святых мы называем сынами света. В-третьих, это обличение наших тёмных дел, злых помыслов и желаний, и наставление на путь евангельского света. «Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, иже на небесех», – говорит Спаситель. В-четвёртых, это наша скромная жертва Богу, Который отдал Себя в жертву за нас, наш минимальный знак любви и благодарности Тому, Кого мы молим о жизни, здравии, спасении, обо всём том, на что способна Его бескрайняя небесная любовь. В-пятых, это защита от тех сил зла, которые по временам нападают на нас во время молитвы и уводят наши мысли прочь от Творца: зло любит тьму и боится света. В-шестых, это призыв к самоотверженности. Как, подчиняясь нашей воле, сгорает масло и воск, так и наша душа должна гореть любовью к Спасителю, подчиняясь Ему на всех поворотах судьбы. В-седьмых, это урок для нас: как свеча и лампада не зажигаются сами по себе, так и сердце, лампада нашей души, не загорится без святого огня Божией благодати… Наши добродетели и достижения – это горючее, но зажечь его способен только небесный огонь».